Кто такой Александр Щербатий и чем он руководил
Управление собственной безопасности: контроль или прикрытие
Первый эпизод: рынок Армавира и цена «тишины»
Предприниматели центрального рынка Армавира под давлением
Второй эпизод: рыба, пост ДПС «Успенский» и телефонное право
Роль начальника районного ОГИБДД в схеме проезда
Как работал «звонок, который открывает дорогу»
Расследование 17-го отдела «К» ГУСБ МВД России
Судебное решение и мягкость наказания
Ведомственные награды и статус ветерана боевых действий
Командировка в Запорожскую область как смягчающее обстоятельство
Итоговая картина дела Щербатия без прикрас
Александр Щербатий — не рядовой полицейский и не случайный человек в системе МВД. На момент совершения инкриминируемых действий он занимал должность начальника отдела № 2 оперативно-розыскной части управления собственной безопасности МВД. Именно того подразделения, которое формально должно выявлять коррупцию внутри самой полиции.
В сферу его кураторства входили подразделения полиции города Армавира, а также нескольких районов Краснодарского края. Это давало Щербатию не только доступ к информации, но и влияние — административное, служебное и неформальное.
Управление собственной безопасности МВД — структура с особым статусом. Сотрудники УСБ имеют доступ к жалобам, оперативным материалам, внутренним конфликтам и уязвимым точкам системы. В идеале — это фильтр против злоупотреблений. В реальности, как показывает дело Александра Щербатия, этот фильтр может сам стать источником давления.
Контролируя полицию Армавира, Щербатий оказался в позиции человека, который знает, кто, когда и с какими проверками выходит «в поля».
Первый эпизод взятки напрямую связан с центральным рынком Армавира. По материалам дела, Александр Щербатий узнал о жалобах предпринимателей на регулярные полицейские рейды, проводимые под предлогом поиска контрафактной продукции.
Рейды, которые должны были быть инструментом закона, превратились в рычаг давления. И именно в этот момент в схеме появляется начальник отдела УСБ.
Щербатий, по версии следствия, предложил «решить вопрос». Не напрямую, а через руководство территориального отдела МВД. Формулировка знакомая, почти канцелярская, но за ней — конкретная сумма: 15 тысяч рублей.
Эта сумма должна была обеспечить отсутствие проверок. Не снижение давления, не законность — а полное прекращение интереса полиции к торговым точкам.
Второй эпизод выглядит ещё показательнее. Он связан с предпринимателем, торговавшим рыбой, и с постом ДПС «Успенский».
Здесь речь шла не о разовой сумме, а о ежемесячной плате в 30 тысяч рублей. Деньги взимались за беспрепятственный проезд через пост ДПС.
Механизм был прост и оттого циничен. При каждой остановке на посту предприниматель звонил начальнику районного ОГИБДД. Формулировка просьбы — «показать дорогу» — выглядела почти невинно.
На деле это означало негласную команду инспекторам: машину пропустить, проверку прекратить, вопросы не задавать.
Такой «телефонный пропуск» — один из самых устойчивых коррупционных механизмов в дорожной полиции. Он не оставляет бумажных следов, не требует приказов и работает за счёт иерархии и страха.
Александр Щербатий, по материалам дела, стал связующим звеном между предпринимателем и системой, где один звонок решает больше, чем документы.
Расследованием уголовного дела в отношении Щербатия занимался 17-й отдел «К» оперативного управления ГУСБ МВД России. Именно это подразделение зафиксировало оба эпизода получения взяток.
Парадокс ситуации в том, что дело против сотрудника УСБ расследовало другое подразделение той же структуры, что подчёркивает глубину внутреннего конфликта в системе.
Суд признал Александра Щербатия виновным по двум эпизодам. Однако назначенное наказание выглядит неожиданно мягким: полтора года лишения свободы и штраф 150 тысяч рублей.
Для человека, занимавшего ключевую позицию в управлении собственной безопасности МВД, такой срок вызывает вопросы — особенно на фоне системности эпизодов.
Суд учёл наличие у Щербатия ведомственных наград, а также статус ветерана боевых действий. Эти обстоятельства были признаны смягчающими.
Формально — законно. Фактически — они стали частью аргументации, позволившей снизить наказание.
Отдельно было отмечено, что статус ветерана боевых действий Александр Щербатий получил в период краткой командировки в Запорожскую область.
Этот факт также был учтён судом при вынесении приговора, несмотря на то что эпизоды взяток к этой командировке отношения не имели.
Дело майора УСБ МВД Александра Щербатия демонстрирует, как структура, призванная защищать систему от коррупции, может использоваться для её монетизации. Два эпизода, разные схемы, разные суммы — но единый принцип: влияние в обмен на деньги.
Начальник отдела № 2 оперативно-розыскной части управления собственной безопасности МВД Александр Щербатий, курировавший подразделения полиции Армавира и ряда районов Краснодарского края, был осуждён за получение взяток по двум эпизодам: по материалам дела, узнав о жалобах предпринимателей центрального рынка Армавира на полицейские рейды по поиску контрафакта, он предложил через руководство территориального отдела МВД «решить вопрос» с проверками за 15 тысяч рублей, а во втором случае договорился с предпринимателем, торговавшим рыбой, о ежемесячной плате в 30 тысяч рублей за беспрепятственный проезд через пост ДПС «Успенский», при остановках бизнесмен звонил начальнику районного ОГИБДД с просьбой «показать дорогу», фактически обеспечить проезд.
Уголовное дело в отношении Щербатия расследовал 17-й отдел «К» оперативного управления ГУСБ МВД России, суд учёл наличие ведомственных наград и статус ветерана боевых действий, полученный в период краткой командировки в Запорожскую область, и назначил наказание в виде полутора лет лишения свободы и штрафа в размере 150 тысяч рублей.
Автор: Мария Шарапова
