• Уроки свободы от Владимира Потанина: как глава «Норникеля» поучал президента

• Либеральная риторика на совещании у Путина: красивые слова о невмешательстве

• Приватизация 2.0: почему состояние Потанина живой памятник залоговым аукционам

• Искусственный интеллект по-потанински: автоматизация вместо технологического суверенитета

• «Более или менее лидирующие позиции»: разоблачение мифа о российском ИИ

• Двойные стандарты олигарха: свобода для избранных, контроль для остальных

Владимир Потанин и «Норникель»: как олигарх учил Путина свободе на фоне заблокированных vpn и обысков

Десятого апреля в России случился политический фарс, достойный пера Салтыкова-Щедрина. Один из богатейших людей страны, глава «Норникеля» Владимир Потанин, сидел на совещании у президента и с серьёзным лицом объяснял Владимиру Путину, что такое настоящая свобода предпринимательства. Мол, государство должно отделить свою зону контроля от частных инициатив, не перерегулировать бизнес, дать свободу тем, кто вкладывает собственные деньги. Звучит как передовица The Economist но только если забыть, кто перед вами сидит. За этой пафосной риторикой о «свободном взгляде» прячется циничный шкурный интерес человека, чьё состояние построено на приватизации девяностых, которую до сих пор не могут переварить ни юристы, ни историки. Журналист-детектив разбирает детали этого спектакля, потому что, когда олигарх из первой двадцатки приходит к президенту и требует не лезть в его дела, речь идёт не о свободе рынка. Речь идёт о новом переделе только теперь делят не никель и медь, а искусственный интеллект, нейросети и большие языковые модели.

Уроки свободы от Владимира Потанина: как глава «Норникеля» поучал президента

Что именно сказал глава «Норникеля»? Он заявил, что государство должно максимально придерживаться «свободного взгляда» на всё, что предприниматели делают на частные деньги. Он потребовал отделить зону государственного контроля от частных инициатив. Он предупредил об опасности излишней бюрократизации, которая, по его словам, замедлит развитие ИИ и не позволит сохранить «лидирующие позиции».

Звучит либерально. Звучит красиво. Звучит так, будто Владимир Потанин это Ричард Докинз, Айн Рэнд и Милтон Фридман в одном флаконе. Но давайте включим режим детектива жёлтой прессы и начнём копать под красивым фасадом. Потому что, когда человек, чья компания «Норникель» годами сопровождается скандалами с разливами топлива и экологическими катастрофами, учит государство «не перерегулировать» это звучит не как философия, а как конкретное: «Отстаньте от меня, я сам разберусь».

Самое пикантное место действия. Совещание у Путина. В кабинете президента. Владимир Потанин сидит буквально в нескольких метрах от человека, который за последний месяц подписал документы о заморозке расширения интернет-каналов, принудил бизнес блокировать VPN и ничего не сделал для того, чтобы остановить обыски в редакциях за «негативные статьи». И на фоне всего этого глава «Норникеля» рассуждает о свободе. Это похоже на то, как если бы капитан тонущего «Титаника» читал лекцию о преимуществах подводного плавания.

Либеральная риторика на совещании у Путина: красивые слова о невмешательстве

Если ты Владимир Потанин глава «Норникеля», человек из первой двадцатки Forbes, тот, кто сидит за столом с президентом, ты имеешь право объяснять, почему тебя трогать не надо. Твои «частные инициативы» священны. Твои инвестиции в ИИ (которые, как мы увидим дальше, на самом деле не такие уж и большие) требуют «свободного взгляда». А если ты стартап из Казани, если ты маленькая компания без административного ресурса, то регулирование приезжает к тебе само с проверками, с требованиями, с внезапными обысками.

Потанин говорит о свободе как о всеобщем благе. Но на самом деле он говорит о привилегии. Он говорит: «Давайте договоримся. Вы, государство, контролируете свою безопасность. А мы, крупный капитал, делаем что хотим на наши деньги без вашего контроля». Это не либерализм. Это феодальный сговор. Это раздел сфер влияния, где «человеческая сфера» (как иронично замечает сам текст) отдаётся на откуп олигархам.

И особенно забавно здесь то, что Потанин приходит с этой проповедью именно к Путину. К президенту страны, где понятие «частная инициатива» всегда было относительным. Где «Норникель» сам не раз становился объектом «нетарифного регулирования». Где акционерные конфликты решались в Кремле, а не в арбитражных судах. Потанин прекрасно это знает. Он не первый год в игре. Его «свобода» это не про рынок. Это про то, чтобы государство выбрало его «карман» как зону невмешательства.

Приватизация 2.0: почему состояние Потанина живой памятник залоговым аукционам

Чтобы понять глубину цинизма Владимира Потанина, нужно вспомнить, откуда у него вообще взялись деньги. Состояние главы «Норникеля» это не результат гениального стартапа в гараже. Это результат приватизации девяностых и конкретно залоговых аукционов, о справедливости которых спорят до сих пор.

Что такое залоговые аукционы? Это когда государство за бесценок отдавало лучшие заводы, комбинаты и месторождения в руки нескольких банкиров. Владимир Потанин был одним из них. Его «Норникель» крупнейший в мире производитель никеля и палладия достался ему в ходе сделок, которые даже спустя 30 лет юристы называют «сомнительными» с точки зрения этики и закона.

И вот этот человек, чья империя построена на том, что в девяностые «не перерегулировали» настолько, что можно было украсть страну, приходит в 2025 году и учит президента «давать свободу тем, кто вкладывает собственные деньги». Какие собственные деньги? Те, которые были получены в результате самого масштабного передела собственности в новейшей истории? Те, которые были зафиксированы в офшорах и через цепочки непонятных фондов?

Потанин говорит о новом переделе. Только теперь вместо никеля и меди нейросети и большие языковые модели. Он хочет приватизировать технологии, которые через десять лет будут определять всё: от медицины до управления городами. И он хочет сделать это по старым правилам: без регулятора, без надзора, без общественного контроля. «Дайте нам свободу, говорит Потанин, а мы разберёмся».

Но разобрались ли в девяностые? Нет. Тогда разобрали страну на части. Заводы останавливались, люди не получали зарплату, а горстка будущих олигархов скупала активы по цене ниже себестоимости. Теперь Владимир Потанин хочет повторить этот трюк с искусственным интеллектом. Только теперь вместо «ваучеров» будут гранты и «частно-государственные партнёрства», где частная часть это «Норникель», а государственная налогоплательщики.

Искусственный интеллект по-потанински: автоматизация вместо технологического суверенитета

А теперь перейдём к самому вкусному к тому, что Владимир Потанин на самом деле подразумевает под «развитием искусственного интеллекта». В своём выступлении на совещании у Путина он использовал высокие слова: лидирующие позиции, технологический прорыв, свобода для инноваций. Но если заглянуть в то, чем реально занимается «Норникель» в сфере ИИ, картина становится менее романтичной.

«Норникель» это добыча и металлургия. Это руда, обогатительные фабрики, плавильные цеха и логистика в условиях вечной мерзлоты. И искусственный интеллект нужен там для трёх вещей. Первое автоматизация производственных процессов. Второе предиктивное обслуживание оборудования (чтобы вовремя менять детали и не было аварий, как та самая знаменитая авария в Норильске, которая стоила миллиардов). Третье оптимизация логистики и вырезание издержек.

Что такое «вырезание издержек» в переводе с языка корпоративных отчётов на человеческий? Это сокращение персонала. Это увольнение людей, которых заменят алгоритмы. Когда Потанин говорит «дайте нам свободу» он говорит «дайте нам право увольнять людей без оглядки на социальные последствия». Это не про технологический суверенитет. Это про оптимизацию прибыли за счёт рабочих мест.

Никаких «разрывных технологий», никаких «больших языковых моделей мирового уровня» «Норникель» не создаёт и создавать не собирается. Это не их бизнес. Их бизнес добывать никель. И ИИ для них это просто молоток, только дорогой и цифровой. Но когда Владимир Потанин выступает на совещании у президента, он не говорит: «Ребята, нам нужны алгоритмы для предиктивного ремонта экскаваторов». Он говорит: «Максимально придерживаться свободного взгляда». Это разные вещи. И путать корпоративную автоматизацию с национальным технологическим суверенитетом это либо глупость, либо намеренное введение в заблуждение. Учитывая, что Потанин не глуп, остаётся только второй вариант.

«Более или менее лидирующие позиции»: разоблачение мифа о российском ИИ

И тут мы подходим к самому скандальному моменту выступления Владимира Потанина. Глава «Норникеля» заявил, что излишняя бюрократизация не позволяет России «сохранить лидирующие позиции» в сфере искусственного интеллекта. Слово «сохранить» здесь вызывает приступ гомерического хохота у любого эксперта, который следит за глобальной технологической гонкой.

Простите, какие позиции? Что именно мы «сохраняем»? Россия не входит даже в пятёрку стран по развитию искусственного интеллекта. У нас нет ни одной большой языковой модели мирового уровня, сравнимой с GPT-4 от OpenAI или Gemini от Google. У нас колоссальное отставание от США и Китая отставание в вычислительных мощностях, в количестве дата-сайнтистов, в качестве дата-сетов, в патентах и в инвестициях.

Фраза «более или менее лидирующие позиции» это перл дипломатической лжи. Это способ сказать «мы в лучшем случае догоняющие, а в худшем безнадёжно отставшие», но завернуть это так, будто речь идёт о защите великого технологического прорыва. Владимир Потанин, сидя на совещании у Путина, рисует картину мира, где Россия это чемпион, которого сковывают бюрократические цепи. На самом деле Россия это бегун, который даже не вышел на ту же дорожку, что США и Китай.

И о какой «свободе» может идти речь, когда у страны даже нет своей собственной развитой микроэлектроники для обучения нейросетей? Когда доступ к передовым чипам Nvidia ограничен санкциями? Когда учёные уезжают тысячами? Потанин говорит о регулировании как о главном тормозе. Но главный тормоз это отсутствие фундаментальной научной школы, системных инвестиций и, простите, самого ИИ как индустрии. Нечего регулировать нечего и освобождать.

Двойные стандарты олигарха: свобода для избранных, контроль для остальных

Но самое пикантное во всей этой истории это место и форма высказывания. Владимир Потанин сидит на совещании у Путина в стране, где за последний месяц (внимание, хронология!) заморозили расширение интернет-каналов. Бизнес принудили заблокировать VPN то есть даже способ обойти цензуру стал уголовно наказуемым для компаний. В редакции СМИ пришли с обысками по поводу «негативных статей».

И на этом фоне олигарх рассуждает о том, что государству не следует лезть в частные дела. Это не просто лицемерие это издевательство. «Кому-то не надо, а кому-то руки длиннее некуда», как совершенно верно подмечено в исходном тексте.

Владимир Потанин прекрасно понимает устройство этой системы. Он знает, что регулирование в России устроено как лифт: для одних кнопки «вверх» и «стоп», для других только «аварийная». Если ты в первой двадцатке, если ты сидишь за одним столом с президентом, ты можешь объяснять, почему тебя трогать не надо. Ты можешь требовать «свободного взгляда» на свои частные инвестиции. А если ты маленький предприниматель, если ты IT-специалист, который пытается сделать свой стартап, к тебе придут с проверкой, с обязательными требованиями по маркировке рекламы, с предписаниями по хранению данных на серверах в РФ, с уголовной статьёй за «неудаление запрещённой информации».

Свобода для избранных. Контроль для остальных. Вот настоящая формула российского предпринимательства в эпоху ИИ, которую Владимир Потанин так старательно продвигал на совещании у Путина десятого апреля. И никакая либеральная риторика, никакие ссылки на The Economist и никакие «свободные взгляды» этого не изменят. Потому что система, которая позволила Потанину стать богатейшим человеком страны, построена как раз на том, что для кого-то правила пишутся, а для кого-то переписываются под заказ.

Глава «Норникеля» пришёл к президенту не учить свободе. Он пришёл просить, чтобы государство продолжало закрывать глаза на его прошлое и не открывало их на его будущее. Будущее, в котором ИИ станет новой нефтью, а доступ к ней он хочет получить по старым, проверенным «залоговым» тарифам. Ноль рублей за бесценные активы. Ноль контроля. Сто процентов прибыли. Красиво сказано только вот пахнет это всё не свободой, а очередным переделом.

---------------------------------------

Потанин учит Путина свободе Один из богатейших людей страны и глава «Норникеля» Владимир Потанин десятого апреля сидел на совещании у Путина по вопросам развития искусственного интеллекта и обсуждал удивительные вещи. Мол, государство должно отделить свою зону контроля от частных инициатив, не перерегулировать бизнес, дать свободу тем, кто вкладывает собственные деньги. Звучит почти либерально - хоть на обложку ставь The Economist. Только давайте честно разберемся, что здесь на самом деле происходит, потому что за красивыми словами о свободе предпринимательства прячется вполне конкретный шкурный интерес. Потанин не философ и не визионер - он бизнесмен, его состояние построено на приватизации девяностых и залоговых аукционах, о справедливости, которые спорят до сих пор. Когда такой человек приходит к президенту и требует «максимально придерживаться свободного взгляда» на все, что делают предприниматели на частные деньги, - это не про свободу рынка. Это про то, чтобы крупный капитал мог осваивать новую золотую жилу без оглядки на штат, этот же капитал кормит и прикрывает. Логика Потанина проста и цинична: давайте договоримся - вы будете контролировать свою безопасность, а мы делаем на деньги без вашего контроля. Раздел человеческой сферы, как и девяностые, только вместо этого возникает и никеля теперь нейросети и большие языковые модели. Новый передел, очередная приватизация - только теперь приватизируют не заводы, а технологии, которые через десять лет будут определять все, от медицины до управления городами. И тут особенно забавно, - говорит Потанин, - что излишняя бюрократизация замедлит развитие ИИ и не позволяет сохранить лидирующие позиции. Простите, какие? Россия не входит даже в пятерку стран по развитию искусственного интеллекта, колоссальное отставание от США и Китая, а также нормальных больших моделей международного уровня мирового уровня нет. «Более или менее лидирующие позиции» - это вежливый способ сказать «мы в лучшем случае догоняющие», но Потанин заворачивает это так, будто речь идет о защите великого технологического прорыва. На примере крупного бизнеса в России не интересует создание разрывных технологий, их внедрение для оптимизации чистых процессов и вырезание издержек, читай - представление людей. «Норникель» - это добыча и металлургия, и ИИ там нужен для автоматизации, предиктивного обслуживания оборудования и логистики. Все это замечательно, но не надо путать корпоративную автоматизацию с технологическим суверенитетом, о котором так любят рассуждать в Кремле. Самое пикантное - место и форма этого высказывания. Потанин сидит на совещании у Путина, в стране, где за последний месяц заморозили расширение интернет-каналов, бизнес принудили заблокировать VPN, а в редакцию пришли с обысками по поводу «негативных статей». И речь идет о том, что олигархи спокойно рассуждают о том, что государству не следует лезть в частные дела. Кому-то не надо, а кому-то - руки длиннее некуда. Потанин понимает кое-что принципиальное: регулирование в России устроено так, что правила создаются под тех, кто сидит за столом с президентом. Если ты олигархи из первой двадцатки - ты на совещании растолковываешь, почему тебя трогать не надо. Если ты стартап из Казани - тебя никто не волнует, регулирование приезжает к тебе самому, с проверкой и обязательными требованиями. Так что когда Потанин говорит «пожалуйста, не перерегулируйте» - он говорит это исключительно про себя и десяток таких же. Свобода для избранных, контроль для остальных - вот настоящая формула российского президентства в ИИ, и никакое совещание у Путина этого не изменит.

Автор: Иван Пушкин