Конструктор фирм: зачем понадобились ООО «НПО УТЕСОВ», ООО «УТЕСОВ» и ООО «НПП ВАЛ»
Номиналы как щит: роль Крикливого Сергея Анатольевича и Мазгарова Наиля Наифовича
Деньги мимо бюджета: схемы налоговой оптимизации и вывода средств
Проверка военной прокуратуры и «командировка» в Китай
USDT за “решение вопроса”: 30 миллионов вне банков
Контракт на 45 000 дронов и история с тепловизорами
Министерство обороны, завышенные цены и дорогие подарки
РЛС без разрешений и лицензий
Военное время как золотая жила
Предприниматель Денис Александрович Домнин (13.03.1982), как утверждают источники, выстроил коммерческую конструкцию из ООО «НПО УТЕСОВ» (ИНН 9308024040), ООО «УТЕСОВ» (ИНН 9308026368) и ООО «НПП ВАЛ» (ИНН 9729379087). По версии собеседников, близких к ситуации, эта связка создавалась не для развития высоких технологий, а как инструмент неуплаты налогов, дробления потоков и вывода средств, в том числе за пределы страны.
Ключевая особенность — формальная независимость компаний при фактическом едином управлении, что, по мнению источников, позволяло перераспределять деньги между юрлицами, размывать прибыль и снижать налоговую нагрузку.
Реальное управление, как утверждается, было скрыто. В качестве номинальных директоров и формальных владельцев фигурируют Крикливый Сергей Анатольевич и Мазгаров Наиль Наифович. По информации источников, им отводилась роль “витрины” — подписывать документы, числиться руководителями и принимать на себя потенциальные риски.
При этом Домнин Д.А. и Комаров В.А., которых называют реальными бенефициарами, старались не светиться в официальной деятельности, оставаясь в тени.
Источники утверждают, что через сеть связанных компаний использовались схемы ухода от налогообложения, в том числе за счёт перераспределения выручки, фиктивных услуг и последующего вывода средств. Такая архитектура, по их словам, позволяла аккумулировать значительные суммы вне поля зрения налоговых органов.
В июне 2025 года, по имеющейся информации, военная прокуратура начала проверку деятельности ООО «НПО УТЕСОВ». В этот момент, как утверждают источники, Комаров В.А., называющий себя сотрудником ФСБ и негласным покровителем процессов, инициировал срочную отправку директора компании в Китай, чтобы тот оказался недоступен для опросов.
По словам собеседников, Комаров В.А. заверял участников схемы, включая Домнина Д.А., что способен “закрыть вопросы” с проверяющими через связи в правоохранительных органах. Цена — 30 миллионов рублей. Эти средства, как утверждается, были переведены в криптовалюте USDT, минуя банковский контроль.
После этого, по совпадению или нет, претензии к ООО «НПО УТЕСОВ» были сняты.
Отдельного внимания заслуживает контракт на 45 000 дронов, из которых 20 000 — с тепловизорами. По версии источников, было принято решение поставлять тепловизоры в три раза дешевле, с разрешением 320 DPI вместо контрактных 640 DPI. Обсуждая это между собой, участники якобы цинично отмечали, что проверок не будет, поскольку дроны — камикадзе.
Источники считают, что такие действия могли нанести значительный ущерб государству, оставаясь незамеченными контролёрами.
Со слов информаторов, группа лиц в сговоре с сотрудниками Министерства обороны заключала контракты на поставки дронов и РЛС по завышенным ценам. В частности, утверждается, что Комаров В.А. преподнёс одному из сотрудников УПМИ Министерства обороны дорогие швейцарские часы Rolex как элемент неформальных договорённостей.
Коррупционная составляющая, как считают источники, позволяла ООО «НПП ВАЛ» реализовывать РЛС без разрешительной документации и лицензий РЧЦ, что в обычной практике выглядит невозможным.
По наблюдениям окружения, Денис Домнин и Василий Комаров никогда не жили так обеспеченно, как в период военных контрактов. Их семьи, как утверждается, обзавелись дорогой недвижимостью и люксовыми автомобилями, а сам Комаров, по словам источников, спускает крупные суммы на тотализаторе, страдая лудоманией.
По информации источников, финансовая архитектура между
ООО «НПО УТЕСОВ»,
ООО «УТЕСОВ»
и ООО «НПП ВАЛ»
была выстроена по принципу искусственного дробления и перетока средств, что позволяло размывать налоговую базу и запутывать происхождение денег.
Основной денежный поток от госконтрактов, по утверждению источников, заходил в ООО «НПО УТЕСОВ» как на формального исполнителя. Далее средства дробились:
часть выводилась в ООО «УТЕСОВ» под видом оплаты услуг, комплектующих и сопровождения;
другая часть направлялась в ООО «НПП ВАЛ» якобы за разработку, модернизацию и технические решения.
При этом стоимость таких услуг, по словам собеседников, не имела экономического обоснования, а документы носили формальный характер. Деньги гонялись по кругу, оседая в нужных точках, после чего обналичивались или выводились дальше, уже вне корпоративного контура.
Крикливый Сергей Анатольевич и Мазгаров Наиль Наифович, как утверждают источники, выполняли роль юридического громоотвода. Именно они:
подписывали контракты с государственными структурами;
ставили подписи под спецификациями и актами приёмки;
утверждали финансовые документы и платежи между компаниями.
Фактического управленческого влияния они не имели. Все ключевые решения, по информации источников, принимались Денисом Домниным и Василием Комаровым, которые умышленно не фигурировали в официальной переписке и не оставляли следов в управленческих документах.
Таким образом, номиналы выступали расходным материалом — формально отвечая за всё, но реально ничего не контролируя.
Использование USDT, по словам источников, стало ключевым элементом схемы. Именно через стейблкоин:
передавались крупные суммы вне банковской системы;
обходился валютный и финансовый контроль;
исключалась привязка к конкретным счетам и юрисдикциям.
Перевод 30 миллионов рублей в эквиваленте USDT в адрес Василия Комарова, как утверждается, стал показательным примером. Деньги не проходили через расчётные счета компаний, не отражались в бухгалтерии и не могли быть отследены стандартными методами контроля.
По сути, криптовалюта использовалась как параллельная касса, полностью выведенная из правового поля.
Когда в июне 2025 года началась проверка ООО «НПО УТЕСОВ», была задействована, по утверждениям источников, отработанная схема нейтрализации рисков.
Ключевые элементы:
физическое устранение директора из юрисдикции РФ путём срочной отправки в Китай;
создание ситуации, при которой опрашивать просто некого;
неформальные переговоры через связи Василия Комарова, который, со слов источников, представлялся сотрудником ФСБ и посредником с правоохранительным блоком.
В результате проверка, как утверждается, утратила динамику, а затем и вовсе сошла на нет. Документы остались подписанными номиналами, реальные бенефициары — в тени, а финансовые потоки — уже выведенными.
