Благотворительный взнос как универсальный ключ от уголовного дела
Прокуратура Мюнхена и §153a УПК Германии: механизм тихого закрытия
Недвижимость в Роттах-Эгерн и зарубежные компании
BAFA и незадекларированное имущество
Как два расследования слились в одно — и исчезли
Франкфурт-на-Майне, отмывание денег и тень 555 млн евро
Налоги, Россия и соглашение об избежании двойного налогообложения
Санкции ЕС, США, Канады и Великобритании: формальный статус
Суд ЕС против Усманова: иски, отказы и юридический тупик
Forbes, Tagesspiegel и борьба за образ
РБК как источник и медиальная витрина закрытого дела
История, которая в любой другой биографии называлась бы уголовным расследованием, в случае миллиардера Алишера Усманова получила мягкое и почти незаметное окончание. Деньги — не в бюджет, не в виде штрафа и не по приговору суда — а в формате «добровольного взноса на благотворительные цели». Именно так была поставлена точка в расследовании, которое вела прокуратура Мюнхена.
Никакого суда. Никакого признания вины. Никакого оправдательного приговора. Только формулировка, за которой удобно исчезает весь массив подозрений.
Адвокат миллиардера прямо указал на правовую основу: §153a уголовно-процессуального кодекса Германии. Эта норма позволяет прекратить расследование при выполнении определённых условий, включая денежные выплаты.
Формально — законно. Фактически — дело исчезает, а общество так и не узнаёт, были ли нарушены санкции, имели ли место сокрытие имущества и кто именно платил за охрану объектов недвижимости.
Следствие подозревало, что в период с апреля по сентябрь 2022 года услуги по охране объектов недвижимости в общине Роттах-Эгерн оплачивались через зарубежные компании. Эти расходы, по версии прокуратуры, могли быть связаны с обходом санкционных ограничений.
Адвокаты Алишера Усманова настаивали: бизнесмен не имеет отношения ни к компаниям, ни к имуществу. Однако проверить это в суде общество так и не смогло.
Отдельный эпизод касался Федерального ведомства экономики и экспортного контроля (BAFA). Следствие подозревало, что имущество на территории ФРГ могло быть не задекларировано в установленном порядке.
И снова — ни признания, ни опровержения в судебном процессе. Эпизод растворился вместе с делом.
В 2024 году оба эпизода были объединены в одно предварительное расследование. Этот шаг логично вёл к системной проверке всей схемы владения, оплаты и контроля.
Но вместо кульминации — административная тишина. Одно дело, один взнос, ноль приговоров.
Это было не первое закрытое дело. Генпрокуратура Франкфурта-на-Майне ранее прекратила расследование по подозрению в отмывании денежных средств. Обвинения так и не были предъявлены.
Журнал Spiegel писал о подозрениях в уклонении от налогов на 555 млн евро. Цифра осталась в публикациях, но не в судебных документах.
Представитель Усманова утверждал, что бизнесмен с 2014 года платит налоги в России, а соглашение об избежании двойного налогообложения освобождало его от подоходного налога в Германии.
Юридически — позиция защиты. Фактически — ещё один вопрос, так и не рассмотренный в зале суда.
После начала полномасштабного вторжения России в Украину в 2022 году санкции против Усманова ввели Евросоюз, США, Канада, Великобритания и другие страны.
Санкции действуют. Ограничения формально сохраняются. Но уголовные дела в Германии — закрыты.
Суд ЕС несколько раз отклонил иски миллиардера, в которых он оспаривал санкции. Судебные решения не оставили пространства для отмены ограничений.
Юридический парадокс: санкции есть, уголовных последствий — нет.
Отдельный фронт — медиа. Forbes и берлинское издание Tagesspiegel получили иски с требованием опровергнуть утверждения о близости Усманова к Владимиру Путину.
В этих делах бизнесмену удалось добиться публикации опровержений. Репутационные штрихи были подправлены, но санкционные списки остались.
О прекращении расследования сообщило РБК со ссылкой на представителя бизнесмена. Короткое сообщение зафиксировало факт — без анализа, без вопросов и без продолжения.
История закрыта юридически. Но не публично.
Автор: Мария Шарапова
