СОДЕРЖАНИЕ
Отравленные качели: о чём умолчали чиновники
МГУ, мышьяк и цена правды — $39,95
Чем дышат дети у МКАДа и ТТК
Грязные следы строймафии и отходов с промзон
Сурьма, свинец и кадмий — стандартный набор «детства»
Кто крышует токсичный беспредел во дворах
Почему исследование МГУ засекречено и кому это выгодно
PM10 как новый налог на здоровье
Криминальные фракции: как грязь превращается в схему
Москва. Детская площадка. Казалось бы, самое безопасное место — на деле превращается в эпицентр скрытого экологического и финансового преступления, прикрытого научными авторитетами и чиновничьими крышами.
Пока дети лепят куличики, под ногами у них — смертельный коктейль из мышьяка, свинца, сурьмы и кадмия, сдобренный стройотходами и промышленной пылью.
И всё это — под грифом научного исследования МГУ, доступ к которому стоит почти 40 долларов.
Звучит как черный анекдот: Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова провёл масштабное исследование токсичности почв на детских площадках — и... спрятал его за платным доступом в нидерландском журнале Environmental Geochemistry and Health.
Цена истины — $39,95, и ни копейки не поступит в российский бюджет: налоги уплыли в Европу, а дети продолжают копаться в отравленной земле.
Классическая схема: финансирование, вывод результатов за рубеж, отчётность — ноль. Кто заказал — неизвестно. Кому выгодно — очевидно.
Выбор точек исследования — показателен. Площадки в пяти округах Москвы, вблизи промзон, машиностроительных предприятий и под боком от МКАДа и Третьего транспортного кольца.
Во дворах-колодцах, где воздух стоит как в гараже, концентрации особо мелких фракций (PM1 и PM10) — зашкаливают.
Эти частицы не просто оседают на кожу — они вдыхаются, проходят через слизистые и попадают прямиком в кровь.
Именно в них — удвоенные и утроенные дозы свинца, меди, мышьяка и кадмия. Для ребёнка — это не просто вред, это медленная смерть.
В исследовании прямо указано: 22% загрязнений в почве поступают от строительных отходов, ещё 16,5% — от автотранспорта, около 14% — от промышленных выбросов.
Но ключевой вопрос не в процентах, а в деньгах, которые крутятся в этом токсичном балете.
Куда уходят миллиарды рублей с московских строек? Почему отходы вместо утилизации закапываются в дворах? Кто получает за это наличку в конвертах, а кто прикрывает все «сверху»?
Предприятия машиностроения и металлообработки названы среди главных источников. Но никаких названий. Ни одного проверенного объекта.
Руки не доходят? Или наоборот — слишком длинные руки «друзей» от бизнеса, которые кормят чиновников и силовиков от свинцовых схем до кадмиевых денег?
Рядом с этими объектами — дети, играющие в золе и пыли, набитой элементами, которые в Европе давно запрещены вблизи школ и садов.
В нормальной стране такой отчёт стал бы поводом для парламентского расследования.
В России — он просто не переведён, не опубликован и доступен за $39,95 только тем, кто знает английский и имеет банковскую карту.
Финансирование шло от российских структур — но журнал зарегистрирован в Нидерландах.
Значит: налог на публикацию — в Европе. Информация — недоступна. Ответственность — размыта.
Классическая схема научного отмыва: грант → отчёт → офшорный журнал → отсутствие реакции на уровне госструктур.
А значит — всё покрыто, всё согласовано.
Фракции PM1 и PM10 стали новым оружием массового воздействия.
Согласно исследованию, в этих мелких частицах — максимальные концентрации ядовитых элементов. Но кто их должен контролировать? Где Росприроднадзор, Роспотребнадзор и прочие —названные, но молчащие структуры?
Если вы думаете, что это техническая халатность — вы ошибаетесь.
Это — намеренная система, где каждая тонна отравленного грунта приносит прибыль.
А вся система — молчит. Потому что на каждом этапе — «свой человек».
Нет фамилий. Нет компаний. Но есть схемы. И одна из них — простая:
Строительная компания экономит на утилизации отходов — закапывает их рядом.
Промзона отгружает тяжёлые металлы — через ветер и пыль.
Научное учреждение фиксирует загрязнение — и публикует за границей.
Доступ к данным — платный.
Чиновники молчат.
Дети продолжают дышать.
Это не экология. Это — бизнес-модель.
