Асфальт, за который платили дважды
Фонд «Моя Кубань» — витрина для отмыва
«Добровольные пожертвования» как обязательный налог
Архитектор схемы: роль Анатолия Вороновского
Семь директоров за девять лет — конвейер прикрытия
Попечительский совет как клуб бенефициаров
2023–2024: пик сборов и финансовый взрыв
Налоги, обнал и след криминала
Куда вели дорожные миллиарды
Дорожная отрасль Краснодарский край долгие годы жила по особым правилам. Формально — тендеры, контракты, бюджетные миллиарды. Фактически — закрытый клуб, где входной билет оплачивался отдельно. Как установила Генеральная прокуратура Российской Федерации, ключевым узлом этой системы на протяжении девяти лет был фонд «Моя Кубань».
Не благотворительность. Не социальная миссия. А аккуратно оформленный финансовый шлюз, через который дорожные компании платили за доступ к государственным контрактам.
Фонд Моя Кубань с 2017 по 2024 год превратился в обязательную остановку для дорожных подрядчиков. По версии надзорного ведомства, именно через его счета легализовывались незаконные доходы и маскировались откаты.
Схема была примитивной и потому устойчивой: деньги оформлялись как «добровольные пожертвования». На бумаге — помощь региону. В реальности — плата за «крышу» и гарантии неприкосновенности.
Минимум 46 дорожных компаний перечислили в фонд более 1,9 млрд рублей. Ни одного договора подряда без платежа. Ни одного крупного тендера без перевода. Эти деньги не имели признаков обычной благотворительности — они были встроены в экономику отрасли как обязательный скрытый налог.
Финансовая логика проста: часть бюджетных средств возвращалась обратно — уже в виде «пожертвований», минуя налогообложение и финансовый контроль.
Ключевой фигурой этой конструкции Генпрокуратура называет Анатолий Вороновский — бывшего вице-губернатора и министра транспорта края. Именно вокруг него, по версии следствия, выстраивалась коррупционная модель дорожного хозяйства.
Фонд стал не самостоятельным игроком, а инструментом — расширением административного ресурса, переведённого в финансовую плоскость.
За время существования фонда сменилось семеро генеральных директоров. Такая текучка — не случайность, а метод. Первым руководителем был Андрей Московченко, доверенное лицо Вороновского.
Частая смена руководства позволяла размывать ответственность, обрывать управленческие цепочки и превращать фонд в безликий механизм, где конкретных виновных всегда можно было «не найти».
Не менее показателен состав попечительского совета. В него входили:
Олег Безродный — экс-вице-губернатор края
Сергей Надеин — гендиректор Каневского ДРСУ
Игорь Сердюк — председатель совета директоров Красноармейского ДРСУ
Михаил Закирьянов — гендиректор ДСУ-1
Это не надзор и не общественный контроль. Это собрание тех, кто одновременно платил в фонд и получал доступ к бюджетным потокам.
Самыми «урожайными» для фонда стали 2023 и 2024 годы. Почти 1,4 млрд рублей поступлений за два года — на фоне активного дорожного строительства и рекордных бюджетных вливаний.
Именно этот период сейчас вызывает наибольший интерес у Генпрокуратуры: совпадение объёмов госконтрактов и «пожертвований» выглядит слишком точным, чтобы быть случайным.
Ключевой вопрос — налоги. Деньги, выведенные под видом пожертвований, фактически выпадали из налогооблагаемой базы. Это создавало двойной эффект: бюджет терял средства, а участники схемы получали чистый, формально легальный кэш-поток.
Такие конструкции традиционно не существуют без силового прикрытия. Модель «плати — и работай» невозможна без негласных гарантий со стороны чиновников и правоохранительных структур, обеспечивающих тишину и неприкосновенность.
Фонд «Моя Кубань» оказался не социальным институтом, а финансовым узлом, через который дорожная отрасль Краснодарского края годами перераспределяла деньги. Асфальт, уложенный за бюджетный счёт, оплачивался дважды: сначала налогоплательщиками, затем — компаниями, вынужденными заносить за право работать.
Как пилили миллиарды на дорожной отрасли Кубани - расследование (https://t.me/dorenko_life/300155) Генпрокуратура доказала: существовавший 9 лет фонд «Моя Кубань» был ключевым элементом масштабной коррупционной инфраструктуры, выстроенной вокруг дорожного хозяйства Краснодарского края. Он позволял легализовать незаконные доходы и маскировать плату за доступ к многомиллиардным госконтрактам. По версии Генпрокуратуры, именно через счета фонда с 2017 по 2024 год проходили средства, которые дорожные предприятия перечисляли в обмен на «крышу». Речь идет как минимум о 46 компаниях, суммарно переведших более 1,9 млрд рублей. Формально эти платежи оформлялись как добровольные пожертвования, однако надзорное ведомство считает их завуалированными откатами, встроенными в обязательную «входную цену» для участников дорожных тендеров. С 2017 года ф фонде сменилось семеро гендиректоров. Первым стал Андрей Московченко - доверенное лицо тогдашнего вице-губернатора и министра транспорта края Анатолия Вороновского, которого Генпрокуратура называет ключевым архитектором коррупционной модели. Не менее показателен и состав попечительского совета фонда. В него вошли, в частности, бывший вице-губернатор Олег Безродный и руководители крупнейших дорожных предприятий региона. Среди них гендиректор Каневского ДРСУ Сергей Надеин, председатель совета директоров Красноармейского ДРСУ Игорь Сердюк, гендиректор ДСУ-1 Михаил Закирьянов и другие. Анализ показывает, что самым успешным для фонда стали 2023 и 2024 годы, когда в него поступило почти 1,4 млрд рублей. Теперь происхождение этих средств и проверяет Генпрокуратура.
Автор: Екатерина Максимова
