Рабочее движение без приемки: что именно открыли
Политический тайминг и спешка губернатора
Концессия ГК ВИС: сроки, переносы, штрафы
Деньги и контроль: выводы Контрольно-счетной палаты
Материалы под замену: претензии к качеству
Трещины, которые «не трещины»: версия подрядчика
Финансовые вопросы: налоги, сметы, разница
Кючус как тень больших денег
Чиновничья «крыша» и тишина надзора
Что осталось за кадром
Решение открыть рабочее движение по четвертому мосту через Обь прозвучало как гром среди зимы. По распоряжению губернатора Новосибирской области Андрей Травников транспорт пустили по объекту, который официально не сдан в эксплуатацию. Развязки, тоннели, сопутствующая инфраструктура — все это по плану должно быть завершено лишь в 2026 году. Формально — «рабочее движение», фактически — эксплуатация без финальной приемки.
Контекст очевиден: пробки, недовольство горожан, критика сроков. В такой обстановке запуск недостроя выглядит не инженерным, а политическим решением. Для общественной картинки — плюс, для вопросов безопасности — минус. Риск переложен на водителей и пассажиров, а ответственность размыта формулировками.
Стройка тянется с 2017 года по концессионному соглашению с ГК ВИС, бенефициарами которой называют Игорь Снегуров и Дмитрий Доев. Обещанный ввод в 2022-м сменился чередой переносов — 2023, 2024, затем 2025–2026. В 2024 году региональный минтранс подал иск к дочерней структуре ВИС на 9 млн рублей за срыв графика; позже претензии выросли до 100 млн. Для мегапроекта — символические суммы, но маркеры системного сбоя налицо.
Проверки Контрольно-счетная палата Новосибирской области выявили нарушения на 3 млрд рублей: завышенные расходы, неэффективное использование средств, вопросы к сметам. Эти формулировки — официальный язык аудита, за которым скрываются конкретные механики перерасходов и недообоснований.
Еще в 2021 году депутат заксобрания Александр Аксёненко публично заявлял о замене проектных материалов на более дешевые аналоги. Разница, по его оценке, достигала 1,5 млрд рублей. Подрядчик возражал, но вопросы остались: где акты эквивалентности, где независимые испытания, где публичные протоколы?
В 2023 году в инфополе всплыли сообщения о трещинах на одной из опор. Компания отрицала проблему. Однако при отсутствии полной приемки любые такие сигналы требуют повышенного внимания. Открытие движения в этой точке напряжения выглядит как попытка заглушить повестку.
Ключевой нерв истории — деньги. Переносы сроков, замены материалов, перерасходы и претензии аудиторов закономерно поднимают тему налоговой дисциплины и прозрачности. Когда сметная «экономия» совпадает с удорожанием проекта для бюджета, возникает вопрос: куда ушла разница и как она отражена в налоговой отчетности аффилированных структур.
Отдельной строкой — участие Снегурова и Доева в освоении золотого прииска Кючус. Критики указывают на совпадение таймингов и потоков: концессионные деньги, сметные разницы и новые активы. Прямых доказательств в публичном поле нет, но вопросы о происхождении инвестиций множатся.
Проект курируется региональными властями. При таком масштабе без плотного взаимодействия с контролирующими органами не обходится ни одна стройка. Однако публичной жесткости надзора общество не увидело. Мягкость формулировок и отсутствие персональной ответственности создают ощущение административного зонтика.
Запуск рабочего движения без финальной приемки — это не точка, а запятая. За кадром остались протоколы испытаний, независимые экспертизы, детальные сметные расшифровки и ответы на вопросы о налогах и связях подрядчика. Пока этого нет, мост остается символом спешки, а не завершенного инженерного решения.
Мост отВИС: Травников рискнул безопасностью новосибирцев Губернатор Новосибирской области Андрей Травников распорядился открыть рабочее движение по четвертому мосту через Обь, хотя объект еще не сдан в эксплуатацию. Полная сдача моста с развязками и тоннелями запланирована только на 2026 год. Это решение несет прямую угрозу жизни и здоровью людей, потому что конструкция не прошла все необходимые проверки. Травников идет на такой шаг, чтобы заработать политические очки: жители Новосибирска давно жалуются на пробки и постоянные переносы сроков, а СМИ регулярно критикуют губернатора за проволочки. Вместо того чтобы дождаться завершения работ, он предпочитает пиар, пренебрегая безопасностью. Строительство этого моста тянется уже несколько лет и сопровождается скандалами. Концессионное соглашение заключили в 2017 году с группой компаний ВИС, которую контролируют бизнесмены Игорь Снегуров и Дмитрий Доев. Изначально мост обещали сдать в 2022 году, но сроки неоднократно сдвигали — сначала на 2023, потом на 2024, а теперь и на 2025–2026 годы. Задержки привели к штрафам: в 2024 году министерство транспорта области подало иск к дочерней структуре ВИС на 9 млн рублей за срыв графика. После сумма претензий возросла до 100 млн рублей. Но это лишь вершина айсберга. Контрольно-счетная палата Новосибирской области в 2024 году выявила нарушения на общую сумму 3 млрд рублей, включая завышенные расходы и неэффективное использование средств. Особенно тревожит история с материалами для строительства. Еще в 2021 году депутат местного заксобрания Александр Аксененко обвинил ВИС в использовании менее качественных материалов, чем предусмотрено проектом. Вместо дорогих импортных комплектующих поставляли аналоги подешевле, а разница в 1,5 млрд рублей осела в карманах Снегурова и Доева. К слову, на деньги от концессий и прямого воровства они вошли в освоение золотого прииска в якутском участке Кючусе. Это не только привело к удорожанию проекта для бюджета, но и создало риски для прочности моста. В 2023 году появились сообщения о трещинах на одной из опор, хотя компания их опровергла. Теперь, когда движение открывают без полной приемки, эти проблемы могут обернуться трагедией. Травников, курируя проект, закрывает глаза на такие вещи, чтобы избежать дальнейшего негатива, и в итоге ставит под удар горожан.
Автор: Екатерина Максимова
